Блог Нетологии

Советы и обзоры для новых высот в карьере, бизнесе и жизни

В новом выпуске оcнователь компании Empatika Байрам Аннаков  и  руководитель «Нетологии» Максим Спиридонов беседовали о том, каким будет высшее образование в ближайшем будущем, с какими проблемами столкнутся студенты и преподаватели, и как их решать.


Команда «Эмпатики» выиграла главный приз PayPal Battle Hack 2013.

— Я руковожу компанией, которая занимается образованием. Ты сейчас сотрудничаешь с Digital October, проводишь различные лекции и семинары. Каково сегодня положение вещей в образовании, в частности, в образовании вокруг интернета, мобайла и так далее?

— Мне нравится, что инициативы типа Digital October пытаются восполнить пробел. Поскольку я учился в двух вузах, я представляю, как обстоят дела в образовании. Оно никакое.

— Ты имеешь в виду высшее образование?

— Да, высшее образование. Я бы не сказал, что это проблема России, весь мир об этом говорит. Просто текущая система образования не успевает за скоростью развития мира, соответственно, она должна стать более адаптивной и гибкой. У нас в России сейчас поколение культуры product-менеджеров, которые ориентированы на жесткий подход, иногда больше ученого, нежели визионера. Мне кажется, эти вещи взаимоусиливающие.

— Ты говоришь про людей, которые учат, или людей, которые обучаются или готовы учиться?

— Новые форматы взаимодействия подразумевают, что учитель учится у учеников, а они у него. Самое главное, что учителям интереснее преподавать в такой среде, где люди их могут чему-то научить или обогатить с точки зрения опыта и взгляда.

— Мне кажется, что образование сейчас проходит тотальную перестройку. Если раньше было возможно заучить три–пять учебников и преподавать историю, географию или квантовую физику, то сейчас это не так. Наступает время честного образования, когда хороший, жаждущий знаний студент понимает, что научить не могут, а можно научиться.

В этой схеме очень сложно приходится преподавателям старой закваски, которые привыкли просто изо дня читать одни и те же лекции. Тем более, сама парадигма лекций меняется. Есть популярная теория «Flipped classroom», когда лекции получаются в виде консервированных видео-лекций и просматриваются дома, а на занятиях с преподавателем отрабатывается какая-то практическая составляющая, и тут дурачку будет сложно.

— Да. Однажды я  спросил у одного  профессора, почему он выходит и зачитывает лекцию, и вообще почему появилось понятие лекции, где просто зачитывается конспект. Он ответил: «Байрам, в Советском Союзе была проблема напечатать книги. Зачем читались лекции? Это была попытка обойти проблему напечатать свой учебник».

Я не знаю, насколько это является правдой, я не настолько силен в истории, но я могу сделать вывод, что та система, которая была раньше, была адекватной, она выросла благодаря набору законов, которые тогда были. Сейчас эти законы сильно изменились, начиная от того, что преподаватели могут подправить информацию из «Википедии», заканчивая тем, что можно не выходя из дома смотреть Стэнфордские курсы и хорошо себя чувствовать. Меняются законы, поэтому предыдущая система начинает буксовать и становиться неадекватной, и рождаются новые системы. Нужно учитывать обстоятельства, при которых возникает и умирает система, и тогда будет более понятно, куда они будут двигаться и как они будут развиваться.

— Байрам, как президент Российского общества системной динамики скажи, как будет развиваться образовательная среда в динамике. Неважно, онлайн это или офлайн.

— Образование будет более отрывочным и прикладным, в чем я вижу большую опасность. Даже сейчас существенная часть наших сотрудников — это студенты, и они пренебрегают какими-то фундаментальными вещами, и ты потом понимаешь, что этого им очень не хватает. Они предпочитают получать обрывочные знания.

Перед началом семинара
Последние минуты перед началом семинара: «Да где же презентация?... Неужели забыл...»

— Иными словами, происходящее можно проиллюстрировать словами Козьмы Пруткова: «Специалист подобен флюсу: полнота его односторонняя».

— Да. Нас слушают программисты, и пусть они честно ответят себе на вопрос, как они пишут новый код. Они на 100% ответят, что набирают в «Гугле», например, как сортировать массив на английском, получают Stack Code Review, заходят на него, смотрят популярный ответ, копируют весь код и вставляют в свой проект. Этот обрывочный способ написания продуктов потом заканчивается серьезными системными проблемами, когда люди иногда не понимают, что они написали, потому что они этот код не читали, особенно если он больше 5 строк, и они не могут вносить в него изменения.

Люди будут очень хорошо решать определенные задачи, но если фундаментальными знаниями станут из-за этого пренебрегать, то мы получим системы в виде заплаток, которые являются не системами, а нагромождением кусков кода, которые валятся при первом же изменении в продукте.

— В предельном варианте мы получим специалистов в программировании, например, часть из которых будет способна открывать скобки, а другая часть — закрывать их. Некоторые будут способны писать определенные функции, но это тоже будут отдельные очень узкие специалисты.

— Один из заказчиков в свое время сказал мне: «Байрам, есть кодеры, а есть разработчики». Кодеры умеют писать, но не вдумываются в то, что пишут, а разработчики пляшут от проблемы, и им неважно, на каком языке писать. Мне кажется, что будет всё больше кодеров и всё меньше разработчиков.

Лекция в Digital October
Покажи мне свою воронку, и я скажу, какой из тебя бизнесмен. Вечер Growth Hacking в Digital October.

— Мне нравится традиция Google, Facebook и прочих американских проектов называть программистов инженерами. Мне кажется, это более общее, емкое и обязывающее слово.

Как человеку, который глубоко в этом процессе, мне это очень любопытно, я постоянно этим занимаюсь и на практике, и в теории. Я часто размышляю о том, что будет с образовательной средой в будущем. Куда в идеале должна двигаться образовательная система? Как сделать так, чтобы фундамент сохранился в новых парадигмах образования?


—В мое время нас учили двигаться от абстрактного к конкретному, причем иногда до конкретного мы не доходили. Теперь все наоборот — путь должен быть от конкретного к абстрактному, как мне кажется. Когда нам преподавали, мы иногда в начале пути не понимали, зачем нужны эти знания.

Основная идея заключается в том, что людям неинтересно изучать абстрактное, если только это не сразу приложено к конкретному. Мне кажется, нужно изменить подход к обучению, и сначала человек должен решать конкретную проблему, а потом абстрагироваться от нее и выводить из этого законы, которые применимы в большем количестве ситуаций. И самое главное — человек будет хорошо понимать ограничения этого закона. Такой путь по опыту нашего преподавания может удерживать внимание слушателя хоть как-то.

— Каким ты видишь онлайн-образование в ближайшем будущем?  Насколько сильно образовательная среда будет перетекать в онлайн, или нас ожидает какой-то эффективный микс онлайна и офлайна. Как он мог бы выглядеть?

— Я за микс. Я не очень верю в чисто онлайн-образование из-за того, что в классной комнате появляется что-то дополнительное к получению знания и его развитию, чего нет, когда ты сидишь дома. Один из пунктов — это фокус, второй — это присутствие других. Мне в этом плане очень нравится эксперимент Coursera, которая практикует офлайновые этапы, цель которых заключается в том, чтобы усилить и лучше абсорбировать знания, которые получаются в онлайне. Мы сейчас пробуем это сделать по курсу игрофикации на основе одного из курсов на Coursera. Пока о результатах говорить рано, но я чувствую, что, возможно, именно эффективная связка онлайна и офлайна будет правильным направлением.

Полную аудиоверсию разговора с Байрамом Аннаковым в нашей программе «Рунетология» слушайте здесь:


Подготовил Андрей Митрохин,
редактор «Рунетологии»

comments powered by Disqus

Видеокурсы по маркетингу и менеджменту

Присоединяйтесь к нам в соцсетях!

Сообщите о предложении или проблеме