«Игры — это не креатив». Опыт компании Game Insight

31.03.2017
541

Игорь Мацанюк, председатель совета директоров игровой компании Game Insight и управляющий партнер фонда IMI.VC, рассказал о трудностях российского игрового рынка, об эффективных инвестициях и о digital-поколении, которое обещает похоронить общество потребления.

Игорь Мацанюк — инвестор и предприниматель, председатель совета директоров компании Game Insight, которая специализируется на разработке f2p-игр. До момента, когда Game Insight в 2014 году перенесла свою штаб-квартиру из Москвы в Вильнюс, компания считалась одним из крупнейших игроков российского интернет-рынка.

О российском игровом рынке

В 2014 году, когда мы занимались исключительно social и mobile, в России потенциальных звезд не было видно. Мы в известной мере контролировали рынок.

За три года возникли сильные игроки. Но к сожалению, в паблишинг-индустрии русские компании не развиваются, и много ребят уезжает. Кто-то на Кипр, кто-то в Америку. Россию используют как базу для создания продуктов, но внутреннюю экосистему не развивают. Сам рынок после кризисов усох. Он стал маленьким для серьезных игровых компаний. Все хотят на Запад.

Бизнес ищет, где больше денег, где эффективнее налоговая система, где эффективнее принятие управленческих решений.

Я ежедневно мониторю происходящее в digital-отрасли. Из России новостей немного, кроме больших объединений, слияний и поглощений. Наверное, не раскрою секрета, если скажу, что половина проектов Electronic Arts производилась в России и на Украине. Чисто русских проектов я в последнее время встречал мало. В России остается только hardcore development.

Игровой рынок в России остался, если мы говорим о десктопных продуктах и вебе.

Но здесь доминируют Mail.ru Group и Wargaming, остальные как-то сдулись. Для большой мобильной игровой компании в России, я считаю, рынка практически нет. Он такой же, как, допустим, рынок Италии или Испании.

Об инвестициях

Если фаундер готов работать над своим проектом пять, семь, десять лет, для меня это главный признак того, что туда стоит инвестировать.

Потихоньку ты перестаешь инвестировать на стадии pre-seed или совсем раннего «посева» и склоняешься к выбору предпринимателя с каким-то опытом. Смотришь, как он работал с предыдущим проектом, какая у него репутация на рынке, и заходишь туда. Я обращаю больше внимания на компании, которые начинают бурно расти, и максимально им помогаю, не забывая, впрочем, про другие.

В инкубатор имеет смысл брать проекты, которые или работают, или хотя бы располагают MVP. Когда ты действительно можешь их «инкубировать», чтобы они «вылупились» — превратились в серьезные компании. Другое дело, если люди приходят с голой идеей и не то что без опыта создания продукта — вообще без опыта серьезной трудовой деятельности. Я не образовательный институт, я институт по зарабатыванию денег.

Если ко мне сейчас приходит компания и ее основатели не знают, что такое term sheet, я ведь не буду в нее инвестировать.

Я очень не люблю культ entrepreneurship. Если мы посмотрим на топ самых богатых и успешных предпринимателей в мире, то увидим, что все они немножко не в себе, у них низкие моральные качества. Нельзя достигнуть уровня Билла Гейтса или Стива Джобса и — утрирую — не пройтись по трупам. Надо обладать определенной психикой, специфическим характером. Он не формируется в процессе ведения бизнеса, а закладывается в детстве, начиная со двора. Проще говоря, предприниматель — это циник, мизантроп, манипулятор.

О секретах успеха Game Insight

Игры — это не креатив.

Это очень-очень тяжелый бизнес с серьезными расчетами, таблицами, соблюдением качества. Успешных историй из разряда «Я инди-разработчик, я сейчас сделаю суперигру» — единицы. Все серьезные крупные компании в индустрии — это серьезный производственный бизнес. Как Голливуд. Достаточно посмотреть на путь Blizzard, Activision, Electronic Arts, Supercell и King. Успех зависит и от количества денег, и от звезд отрасли, которые у тебя работают: рисуют лучших персонажей, пишут лучший серверный код.

Надо не бояться делать новое и рисковать. Компания как организм, который, пытаясь выжить, ищет новые возможности. Новые платформы, новая аналитика, новые возможности — все важно.

Сейчас в Game Insight около 600 сотрудников. Это очень приличный размер штата для digital-компании. Сохранять молодость духа ей удается в том числе благодаря тому, что у нее молодые топ-менеджеры. Бизнес у нас событийный. Надо каждый день смотреть, что произошло. Facebook запустил рекламу в Stories? Надо бежать в Facebook и договариваться: «А давай попробуем». Нужно уметь вовремя переключаться на растущие сегменты и находить помогающие.

Нет секрета успеха, кроме опыта и ежедневной работы.

О поколении digital sapiens

Поделюсь своей теорией: я вижу, что появилось поколение digital sapiens. Их миллионы, может быть, даже десятки миллионов в одной только России. Они поколение, которое следует за тем, что было воспитано в обществе потребления. Им уже не надо покупать Bentley, обзаводиться дорогими домами, одеваться в Dolce & Gabbana. Им хочется чего-то другого, они живут в цифровом мире.

Эта волна влияет на процессы глобализации в разных странах. Уверен, она намного мощнее, чем желания правительств, государств, налоговых систем. Возникает другая ценность, другая система управления, другие способы обмена ценностями. У человека в обществе digital sapiens приоритеты — его собственное развитие, обучение и желание учить других.

Думаю, во всем мире эта прослойка насчитывает с полмиллиарда человек. Достучаться до них сложно: у них передоз информации. Они, с одной стороны, потребляют контент, с другой — к новому контенту относятся настороженно. Создать «новый Facebook», куда придут все эти люди, очень тяжело.

Моя мечта, чтобы общество потребления прекратило свое существование. Как минимум тенденции развития общества должны поменяться. Естественно, с развитием digital sapiens. Играть они, конечно, не перестанут. Я поменяю игры.

Меняться будет контент — от обучающих программ до сериалов, — его качество, скорость его потребления.

Надеюсь, что он станет более информационно насыщенным и более философским. Будет пересекаться с более тонкими материями, такими как душа, цели жизни.

Я не говорю о судьбе всего человечества. Нас уже почти восемь миллиардов человек, и, естественно, обо всех не позаботишься. Я о тех, кто вышел и будет выходить из общества потребления.

Например, у меня дочка давно живет в Лондоне и учится в английской школе. Она не знает, что такое «хорошая одежда» и не нуждается в ней. Идет в дешевый супермаркет за одеждой, только чтобы что-то надеть, а не чтобы перед кем-то выпендриться. А выпендриться она идет на экзамен: она хочет стать антропологом. Я спрашиваю: «Почему антропологом?». Она отвечает: «Потому что тогда я буду изучать все науки, а не только одну, которую выберу, если пойду на юриста или на программиста. Мне хочется развиваться во всех направлениях. Мне нужно знать и музыку, и математику, и юриспруденцию, и литературу». Я в такое верю.

Еще в подкасте

  • почему игровые компании уезжают из России;
  • об инвестиционном портфеле Game Insight;
  • что случилось со стартап-инкубатором Farminers;
  • о запуск технохаба в Вильнюсе;
  • почему крупные бизнесмены хотят быть филантропами.


Мнение автора и редакции может не совпадать. Хотите написать колонку для «Нетологии»? Читайте наши условия публикации.


Читать еще 

Обучение


Учитесь в «Нетологии»
Университет интернет-профессий