«Онлайн в образовании — это не костыль»: как преподаватель русского языка стала сотрудником крупной онлайн-школы
Личный опыт Современные профессии

«Онлайн в образовании — это не костыль»: как преподаватель русского языка стала сотрудником крупной онлайн-школы

Ольга Павлюченкова пришла в образовательную сферу в 2013 году. После окончания университета несколько лет преподавала русский язык иностранным студентам.

В 2018-м преподавание стало для Ольги дополнительным заработком, а во время локдауна она поняла, что пришло время разобраться, как устроен онлайн-формат в образовании. Это решение привело Ольгу в EdMarket, где она окончила курс «Методист онлайн-курсов».

Ольга рассказала нам, каким был её путь, что для неё ценно в профессии и как она попала на позицию менеджера по обучению и развитию в Фоксфорд — онлайн-школу для учеников 1−11-х классов.

«Онлайн в образовании — это не костыль»: как преподаватель русского языка стала сотрудником крупной онлайн-школы

Ольга Павлюченкова

Училась в EdMarket, стажировалась в Нетологии, работает менеджером по обучению и развитию в онлайн-школе Фоксфорд

В сфере образования я с 2013 года — несколько лет преподавала русский язык иностранным студентам

В 2013 году я окончила Московский педагогический государственный университет по специальности «Преподаватель русского языка и литературы». Но мне всегда было интересно преподавать русский как иностранный, поэтому несколько лет своей преподавательской деятельности я посвятила работе с зарубежными студентами. В основном они были из европейских стран, все хорошо говорили по-английски, многие владели несколькими иностранными языками: французским, финским, испанским, итальянским.

Основная часть моих учеников — люди среднего возраста. Менеджеры разных компаний и сотрудники дипломатических миссий, которые приезжали в Россию на два-три года, иногда чуть дольше. Язык был нужен им для свободного общения с российскими коллегами, путешествий внутри страны и решения бытовых вопросов.

Главный плюс работы с такими студентами в том, что они очень мотивированы. А благодаря тому, что почти каждый из них уже изучал несколько языков, они понимали, когда преподавательский метод хорош, а когда не очень, чувствовали, когда будет получаться, а когда мы идём не туда. Всегда могли дать обратную связь, сказав, подходит им формат или нет.

Последние годы преподавание русского как иностранного больше было для души. В 2018 году я работала в сфере MICE — организации конференций, семинаров, корпоративных встреч для крупных компаний типа МАРС, Bayer, Loreal.

В 2019 году моей основной работой стал менеджмент корпоративного обучения в медицинской компании, которая занималась дистрибуцией стоматологической продукции. Они закупали её у западных поставщиков, а потом реализовывали в России.

Это очень дорогой и сложный продукт — некоторые инструменты создаются под определённые техники. Покупатели-врачи не могли просто приобрести что-то и сразу начать с этим работать, им нужно было хорошо познакомиться с товаром, поэтому мы организовывали обучающие семинары с приглашёнными экспертами. Занятия могли быть однодневными, двухдневными или целой серией курсов с практической частью.

Учебные центры находились от Калининграда до Владивостока, и я взаимодействовала с организаторами курсов по всей России. Мы согласовывали, как будут проходить семинары, какие будут нужны инструменты. Тогда я мало участвовала в проектировании. Присутствовала на курсах, собирала обратную связь, но в создании самой программы задействована не была. Во-первых, я не эксперт в стоматологии. Во-вторых, большинство спикеров были людьми очень опытными, мне казалось сложным советовать им, как проводить обучение.

Но быть супервизором — не совсем то, чего я хотела. Так стал формироваться запрос на то, чтобы не просто стоять и наблюдать, а разрабатывать программу и лично участвовать в наполнении курса.

Во время пандемии мне нужно было понять, как сохранить эффективность занятий с учениками

В 2020 году у меня было два-три студента, с которыми мы очно занимались русским языком, и работа менеджером корпоративного обучения в медицинской компании, где семинары тоже были очными. С приходом пандемии такой формат перестал быть возможным. Во время локдауна я наблюдала, как наша компания переводит студентов в онлайн, и понимала, что стихийная попытка скопировать офлайн была не очень эффективна.

Вместе с тем мне нужно было понять, как сохранить эффективность занятий с собственными учениками. Я начала самостоятельно погружаться в тему: искать материалы об организации онлайн-уроков, смотреть вебинары. Проблема была в том, что информацию я находила разрозненную. И у меня не было уверенности, что я опираюсь на достоверные источники. Плюс такой поиск отнимал очень много времени.

Осенью 2020 года я окончательно поняла, что мне нужно пройти системный курс, чтобы разобраться, как устроено обучение в онлайн-формате и подтянуть методическую часть именно в сфере онлайн-образования — и чтобы это было не интуитивным поиском. При этом мне хотелось применять знания не только в работе преподавателя, но и для выстраивания дальнейшей карьеры.

А ещё мне по-прежнему хотелось принимать непосредственное участие в разработке курсов, научиться правильно выстраивать курс с нуля. Я искала такой подход, который охватывал бы максимальное количество разных аспектов онлайн-образования — тогда я могла бы создавать продукт полного цикла.

В конце 2020 года я поступила в EdMarket. Там было много практики и реальных знаний

Итак, я выбрала обучение «Методист онлайн-курсов» в EdMarket — проекте Нетологии-групп. Первое занятие состоялось 1 декабря 2020-го, диплом я получила в марте следующего года.

Мне очень нравилось, что во время обучения для нас создали отдельное комьюнити: был телеграм-чат с сокурсниками, где мы обменивались идеями, рассказывали, кто чем занимается. Меня подбадривало ощущение, что я не одна в этой лодке, что есть другие люди, которым тоже интересно работать в онлайн-образовании.

Параллельно я применяла на практике всё, что узнавала. Например, раньше я разрабатывала курс по русскому языку как иностранному, основываясь на учебнике. Здесь же мы разбирали, как создавать онлайн-курсы, исходя из задач обучения, и это совершенно другой подход. Теперь я продумывала цель обучения, только после этого подбирала целевой контент. Изученные образовательные модели помогали собирать программы быстрее.

Кроме того, мне очень нравилось, что мы учились составлять тесты. Я разобралась, как сделать их более эффективным инструментом в обучении. У нас был семинар, посвящённый тому, как должны быть поставлены вопросы и какие должны быть варианты ответов. Кажется, что тест — это самое простое, что можно сделать, просто выделяешь абзац текста и к нему варианты ответов придумываешь, какие придётся. Но во время семинара я поняла, что не всё так просто. Желательно, чтобы вопрос выходил за рамки текста и через него можно было проверить усвоенные знания.

Ещё был очень интересный модуль про педагогический дизайн — архитектуру курса. Там мы узнали, как должен быть выстроен курс, как учесть потребности тех, кто на него пришёл, как должна выглядеть теория, а как проверочные задания. Это сложный процесс, который включает в себя разработку, реализацию, оценку курса. Существует несколько методик, разные подходы и модели, которые выбираются в зависимости от цели обучения. Педагогический дизайн — очень живая материя, которая постоянно развивается. Это была очень крутая, очень насыщенная тема.

В целом обучение было построено классно и давало ровно то, что я хотела получить. Не было разговоров ни о чём, водянистых эфиров, общих рассуждений. Зато было много практики и реальных знаний, которые нужны методистам.

И ещё мне очень понравилось, что на курсе были домашки. По предыдущему опыту я знаю, что для меня обучение без домашних работ не слишком эффективно. А здесь мы в процессе обучения работали над проектом онлайн-курса, и на каждую домашку я получала обратную связь, понимала, что уже получается, а над чем ещё стоит поработать.

Во время обучения я разработала собственный проект онлайн-курса по созданию комьюнити. Мне давно была интересна эта тема, хотелось разобраться, а заодно и отточить навыки методиста. А потом меня пригласили на стажировку.

«Онлайн в образовании — это не костыль»: как преподаватель русского языка стала сотрудником крупной онлайн-школы Профессия

Методист онлайн‑курсов

Узнать больше

  • Научитесь создавать качественные образовательные продукты
  • Узнаете, как выявлять сильные стороны эксперта и оформлять его знания и опыт в учебный контент
  • Отработаете реальные задачи методиста, каждая из которых — кейс для портфолио

После обучения я прошла стажировку в Нетологии — было непросто, но преодолимо

После окончания курса EdMarket предложил выпускникам оставить заявку на прохождение стажировки, чтобы получить реальный опыт работы в профессии. Это было здорово, возникло ощущение, что тебя не бросили после выпуска, что здесь заинтересованы, чтобы студенты нашли себя на рынке онлайн-образования.

В форме заявки можно было написать пожелание, на курсах какой направленности ты бы хотел себя попробовать. Я хотела попрактиковаться в направлении Soft skills (сейчас оно называется «Саморазвитие и хобби»). Так меня пригласили пройти стажировку в Нетологии, во время которой я занималась методической работой. Сначала дорабатывала курс по публичным выступлениям: структурировала материал, составляла список кандидатов на позицию экспертов. А потом мне дали отдельный проект — курс по технике речи, и я стала заниматься им.

Методист может совмещать несколько функций, но обычно он разрабатывает курс по тому запросу, который сформировал продюсер, — на конкретное умение или набор умений, пользующийся спросом. Методист выделяет основные боли из общего запроса, а затем разрабатывает темы, проверочные задания, систему оценивания, которая помогает проверять, чему научился студент.

Предположим, человек хочет научиться красиво говорить. В каких сферах — на работе или среди друзей? Может, у него какие-то проблемы с речью? Это разные боли и курс разрабатывается для того, чтобы закрыть максимальное их количество. Чтобы выпускник по результатам прохождения курса мог если не решить проблему полностью, то хотя бы получить инструменты, которые бы ему помогали.

Так я проверила свои силы в полях. В историях успеха принято рассказывать о вызовах, с которыми столкнулся на пути. Но стажировка в Нетологии была очень комфортной. Работать с Дашей Баевой, продюсером и моим руководителем, было очень здорово. С глобальными сложностями я не столкнулась благодаря ей. Было непросто, но преодолимо.

Моё резюме попало в базу Нетологии, и меня пригласили на собеседование в Фоксфорд. Но я не подошла. Сначала

После стажировки моё резюме оказалось в базе Нетологии. Вскоре мне написала сотрудница Фоксфорда — ещё одного проекта Нетологии-групп. Мне предложили пройти собеседование на вакансию методиста онлайн-курса по русскому языку и литературе в начальной школе. На эту позицию я не подошла: нужны были хорошие знания учебно-методического комплекса, а у меня нет опыта работы в школе.

Тогда мне предложили вакансию менеджера по обучению и развитию. Это была уже знакомая сфера, она мне нравилась, и я видела здесь для себя развитие. К тому же работа менеджером предполагала взаимодействие с уже взрослыми людьми, что мне было привычнее. И задачи тут для меня интересные — организовывать обучение для преподавателей, помогать им приобретать нужные навыки. В общем, на предложение я согласилась — и так стала сотрудником Фоксфорда.

Педагоги, которые приходят в нашу школу, не просто ведут занятия, они ещё получают возможность развивать свои навыки, в том числе связанные с работой в онлайн-формате. Здесь мне, прежде всего, необходимо выявить запрос преподавателя и методиста. Например, он чувствует, что ему не хватает навыков работы в онлайн-сервисах — их много, все они интересные, хочется их использовать, но так, чтобы это было эффективно и приносило пользу на уроке.

Чтобы такое обучение состоялось, нужно понять, в каком формате оно будет проводиться, будет ли он удобен конкретной аудитории, кто его будет проводить, какие именно необходимо закрыть боли, как потом проверить, что прошедший обучение человек использует знания на практике, как понять, что ему понравилось.

Есть обучения, которые мы проводим для большого количества слушателей. А есть такие, которые актуальны только отдельной группе преподавателей, работающих на конкретном предмете или в конкретном формате. Я работаю в связке с руководителями кафедр и методическим отделом. Мои коллеги помогают создавать индивидуальные планы развития и на основе исследований по модели компетенций, которая проводится среди преподавателей, мы понимаем, какие скиллы у них западают.

Педагогам не стоит недооценивать онлайн-формат

Сейчас кажется, что спрос на дополнительное и онлайн-образование упал. В ситуации неопределённости люди предпочитают не тратить деньги на развитие своих навыков, потому что непонятно, какие из них понадобятся в будущем.

С другой стороны, есть люди, которые понимают, что в их сфере грядёт кризис, и хотят перепрофилироваться. Например, человек занимался импортом, а теперь понимает, что с импортом будет тяжко. Я знаю людей, которые начали учить программирование, поняв, что перемены уже произошли и неясно, насколько они долгосрочные.

Так или иначе, чтобы сохранить уровень дохода или иметь дополнительный заработок, нужно подстраиваться под изменения. Обычно к такому решению приходят уже взрослые люди, у которых есть основная работа. Они не могут посещать очные занятия, поэтому онлайн для них — классная возможность получить полезные знания и сэкономить ресурсы.

Не уверена, что в будущем онлайн-образование будет расти в геометрической прогрессии, как это было в годы карантина, но востребованность онлайна останется. Возможно, появятся вариации гибридных форматов.

К тому же сейчас онлайн-обучение серьёзно фильтруется. В 2020 году преподавать пытались почти все. И все записывались, куда только можно. В середине 2022 года люди подходят к вопросу более осознанно. Думаю, это повлияет на качество онлайн-образования, сделает его более экспертным.

Не стоит недооценивать онлайн-формат в образовании. Многим кажется, что он появился в коронавирус, потому что не было возможности в офлайне преподавать. А на самом деле у онлайна множество плюсов, которых нет у офлайн-образования. И для большой группы людей онлайн предпочтительнее. Например, интроверты чувствуют себя неуютно в группе незнакомцев. Им удобнее заниматься из дома. Для них онлайн — возможность развиваться, оставаясь в комфорте.

Онлайн — это не костыль, а классный формат, у которого много плюсов и перспектив. Он не должен полностью заменить офлайн, как офлайн не должен полностью вытеснить онлайн. Они могут взаимодействовать и совершенно прекрасно существовать вместе.

Мне ещё есть чему поучиться

Больше всего в работе мне помогает умение правильно выстраивать коммуникацию. Но несмотря на это я хочу усовершенствовать навык ведения переговоров. Потому что создание обучающих мероприятий предполагает взаимодействие с большим количеством людей, и здорово, когда умеешь эффективно общаться.

Ещё один навык, который я бы хотела развить, — проджект-менеджмент образовательных мероприятий. Понимание, как спланировать свою работу — хорошо, а умение это делать — лучше. Важно правильно выстроить последовательность каждой стадии, измерить время, которое на них понадобится, чтобы не хвататься за всё подряд.

Иногда сложно учесть все риски. Когда работаешь в команде, на финальный результат влияет несколько человек. Поэтому кроме способности структурно мыслить, будет полезен навык выстраивания командной работы.

Мне нравится просветительская миссия. Не то чтобы она глобального характера, когда я знаю, что что-то сделаю, и мир станет лучше. Но я радуюсь, когда благодаря тому, что я делаю, люди могут научиться тому, что поможет им в жизни.

Кроме работы в онлайн-образовании, я занимаюсь волонтёрскими проектами — когда есть возможность, принимаю участие в крупных мероприятиях, обычно спортивных (например, чемпионаты мира и Европы по футболу). Как и образование, это отличный способ помочь людям развиться в чём-то новом, чтобы потом достичь своих целей и чувствовать себя обновлённым.

В методической работе и в проектировании образования очень классно сочетается возможность нести просветительскую миссию с возможностью что-то организовать и структурировать. В будущем мне хотелось бы проявить себя в создании крупных образовательных продуктов для взрослых. Мне ещё есть чему поучиться в этой сфере.

А ещё мне нравится, что можно работать из любой точки мира, что есть множество возможностей для создания интересного обучения.

По моему опыту и опыту коллег, в начале карьеры методист онлайн-курсов зарабатывает около 50 тысяч рублей. Но в этой профессии можно быстро расти и приобретать новые навыки, тогда ценность специалиста на рынке тоже будет возрастать.


Мнение автора и редакции может не совпадать. Хотите написать колонку для Нетологии? Читайте наши условия публикации. Чтобы быть в курсе всех новостей и читать новые статьи, присоединяйтесь к Телеграм-каналу Нетологии.

«Онлайн в образовании — это не костыль»: как преподаватель русского языка стала сотрудником крупной онлайн-школы

Ольга Павлюченкова

Училась в EdMarket, стажировалась в Нетологии, работает менеджером по обучению и развитию в онлайн-школе Фоксфорд

Оцените статью

Средняя оценка 5 / 5. Всего проголосовало 6

Телеграм Нетологии